Сатирические портреты курильщиков трубки

Сатирические портреты курильщиков трубки — визуальный материал, образующий отдельный жанр в европейском гравюрном искусстве с XVII по XIX век. Их общая черта — изображение человека с трубкой в руке не как серьезной модели, а как персонажа с искаженными чертами лица, в растрепанной одежде, зачастую пьяного. Сегодня эти гравюры считаются источником как для истории трубки, так и для печатной сатиры в целом; в них прослеживаются следы обычаев курения, порядков клубной жизни и общественных споров своей эпохи.

От фламандской таверны к английской гравюре

Истоки жанра лежат не в гравюре, а в живописи. Адриан Брауэр (ок. 1605-1638) и находившийся под его влиянием молодой Давид Тенирс (1610-1690) оставили множество небольших картин, изображающих крестьян, солдат и игроков в карты, курящих глиняную трубку в интерьере трактира. Утрированная мимика курильщиков у Брауэра считается предвестником карикатуры, появившимся еще до самой карикатуры. В следующем столетии центр тяжести переместился от живописи к гравюре: поскольку гравюру можно было тиражировать, сатира вышла за пределы узкого круга покупателей и спустилась к уличной витрине.

Золотой век британской карикатуры

Главное имя этого перехода — Уильям Хогарт (1697-1764). Своими сериями гравюр, которые он называл «нравоучительными сюжетами» (moral subjects), он выстроил визуальное повествование, читаемое от листа к листу, и считается родоначальником политической карикатуры. По проложенному им пути пошли три имени, доведшие жанр до расцвета в конце XVIII — начале XIX века: Джеймс Гилрей (1756-1815), Томас Роулендсон (1757-1827; в некоторых источниках год рождения указан как 1756) и Джордж Крукшенк (1792-1878). Все трое часто обращались к теме курильщиков трубки и клубов курения. Гравюры обычно тиражировались методом травления на медной пластине (etching), а вышедшие черно-белые оттиски затем раскрашивались вручную; поэтому в обращении находятся отличающиеся друг от друга по цвету экземпляры одного и того же изображения. Общая черта этих трех имен — то, что они изображали трубку не саму по себе, а вместе с окружающим пространством и обществом; курильщик предстает как персонаж внутри толпы. Отмечается, что в преклонном возрасте Крукшенк примкнул к движению умеренности и выступал с публикациями против табака.

Клуб, запах и спор о вежливости

За карикатурами стоит вполне конкретный общественный порядок. Курение сосредоточилось в пивных, клубах курения и особых комнатах, отведенных мужчинам; старейший джентльменский клуб Лондона White's, открывшийся в 1693 году как шоколадный дом, положил начало институционализации клубной традиции после этой даты. В том же столетии в общественном пространстве выросли ожидания личной дистанции и вежливости; запах табачного дыма вступал в противоречие с этими ожиданиями, и в тогдашних журналах появлялись статьи, называвшие курение грубой привычкой. К той же канве относится и странность тогдашних медицинских представлений: использование меха для введения табачного дыма с целью оживить утопающих в XVIII веке всерьез предлагалось как метод и было оставлено после экспериментов начала XIX века. Подробности клубной жизни рассмотрены в статье История трубочных клубов.

Повторяющиеся сцены и конец жанра

В репертуаре жанра есть несколько кочующих из рук в руки сюжетов. Самый известный — рассказ о слуге, который, увидев курящего трубку сэра Уолтера Рэли, решил, что тот горит, и облил его сосудом с жидкостью; документальных подтверждений того, что подобное событие действительно произошло, нет, зато этот сюжет перерисовывался веками. Хотя большинство сцен изображает мужчин, издавались и листы, посвященные курильщицам-женщинам. Во Франции ту же жилу продолжил Луи-Леопольд Буайи (1761-1845), выпустивший в 1823-1828 годах серию из 98 литографий Recueil de grimaces; лист этой серии под названием «Les Fumeurs et Les Priseurs» («Курильщики и нюхающие табак») считается поздним примером этого жанра. Во второй половине XIX века у таких художников, как Сезанн, Мане и Ван Гог, фигура человека с трубкой отошла от утрирования и превратилась в предмет реалистичного портрета. Визуальное наследие, оставленное этим жанром, прослеживается в исследованиях всемирной истории трубки, а также в более позднем серийном печатном материале, таком как карточки из сигаретных пачек.